В результате американская экономика только выигрывала от валюты, которая смазывала колеса мировой финансовой системы. И такое положение вещей довольно необычно с исторической точки зрения согласно утверждениям, изложенным в новой книге профессора экономики и политологии Калифорнийского университета в Беркли Барри Эйхенгрина и экономистов ЕЦБ Арно Меля и Ливии Шиту. Изучив данные о резервах центробанка с 1910 г. по начало 1970-х гг., делая акцент на период 1920-х и 1930-х гг., Эйхенгрин и его соавторы обнаружили, что мировые резервные валюты вполне могут сосуществовать друг с другом.
Например, в период между двумя мировыми войнами британский фунт и доллар США на равных правах разделяли статус мировой валюты.
До Первой мировой войны, несмотря на то, что стерлинг оставался самой важной валютой, французский франк и немецкая марка также имели значимость на международном уровне.
"С этой точки зрения, вторая половина XX века является аномалией, когда отсутствие альтернатив позволило доллару монополизировать роль мировой валюты", - пишут они.
Однако сейчас, как считают ученые, дни доллара как доминирующей резервной валюты сочтены. Мы вполне можем вернуться к тому времени, когда валюты сосуществовали на наиболее равноправной основе на международных рынках.
В будущем доллар будет вынужден соперничать с юанем и евро. И скорость этих перемен будет зависеть от линии поведения Дональда Трампа, считает Эйхенгрин. Он отмечает, что традиционная точка зрения заключается в том, что на мировой арене есть место только для одной настоящей международной валюты.
Новая точка зрения заключается в том, что финансовые технологии развиваются, сетевые эффекты уже не так сильны.
Сегодня гораздо легче переключаться между валютами.
Если политика правительств и центробанков, ответственных за эти валюты, останется надежной и стабильной, процесс эволюции может протекать плавно.
С другой стороны, если случится какой-то политический или финансовый шок, если мы станем свидетелями неспособности Конгресса США повысить потолок долга, либо случится торговая война, то ситуация может резко измениться.
Это будет зависеть от того, посчитают ли люди казначейские облигации США небезопасными активами или они будут считать ценные бумаги в юанях небезопасными, потому что верховенство закона в Китае ненадежно.
Для гособлигаций было бы крахом потерять свою репутацию безопасного убежища. Это серьезно подорвет основы мировой экономики и идеи глобализации, поскольку трансграничные торговые и финансовые операции проводятся с опорой на доллар.
Если иссякнет ликвидность, потому что люди не хотят держать и использовать доллары, что можно будет использовать вместо этого? Остается швейцарский франк, а контроль над китайским капиталом затрудняет возможность заполучения юаня.
Сложится глобальный дефицит ликвидности. Ужасный сценарий. Еще два года назад это даже сложно было бы себе представить.
Но с избранием Трампа пришлось всерьез задуматься о событиях, которые раньше мы могли вполне игнорировать. Например, страны, которые полагаются на США как на "зонтик безопасности", хранят большую долю своих резервов в долларах, чем страны, которые этого не делают.
Это способ дать понять США: мы на вашей стороне. Но это и способ предоставить США заложников.
Так в чем выгода статуса международной резервной валюты? В этом есть некая экономическая ценность, потому что банкам и фирмам удобно вести трансграничный бизнес в своей валюте, тогда как правительство может брать займы по более низкой цене из-за дополнительного спроса на казначейские ценные бумаги в качестве резервов. Кроме того, если вы являетесь ведущей международной валютой, вы также являетесь убежищем. Когда что-то пойдет не так в мировой экономике, все бросаются на ваши финансовые рынки, даже если вы и являетесь причиной краха.
Эту ситуацию мы наблюдали в случае с Lehman Brothers и финансовым кризисом 2007-2008 гг.
Каковы политические последствия потери этого статуса? Вряд ли в эпоху, когда США играют менее влиятельную геополитическую роль, следует ожидать крупных негативных факторов.
Власть и положение Великобритании на мировой арене значительно сократились, с тех пор как она стала эмитентом ведущей международной валюты. Может ли США постичь та же участь? Великобритания была наиболее экстремальным случаем. Это была больная экономика в течение длительного периода после Второй мировой войны с огромными долгами и финансовыми проблемами. Отношение долга к ВВП превышало 200%, что в два раза больше того, что наблюдается в США. В этих условиях просто немыслимо, чтобы стерлинг мог оставаться такой же влиятельной валютой, какой был раньше. США сейчас не в том положении, но все будет зависеть от того, насколько хорош или плох экономический менеджмент. Каждая истинная мировая валюта в истории мира была валютой демократического государства. И Китай понимает, что ему необходимо провести политическую реформу для укрепления верховенства закона и надежности обеспечения исполнения контрактов.
Вы хотите сильное и надежное правительство, которое реализует предсказуемую политику, дружественную к инвесторам. Между тем, США действуют беспорядочно, и нет никакого европейского правительства, есть скорее набор правительств, пытающихся сотрудничать на Союзе рынков капитала. Возможно, Китай становится привлекательным эмитентом. И для того чтобы валюта играла мировую роль, необходимы четыре фактора: размер, стабильность, ликвидность и безопасность.
Экономика Европы должна продолжать расти, и региону необходимо продвинуться вперед, чтобы Союз рынков капитала стал более ликвидным рынком.
Европа добилась прогресса в разработке линии поведения в условиях кризиса, и ее экономика снова растет. Рынки активов, выраженных в евро, растут и становятся более ликвидными.
Самый оптимистичный сценарий – если глобализация продолжится более быстрыми темпами, чем в недавнем прошлом, при поддержке мировой финансовой системы, которая опирается на три столпа: доллар, евро и юань.
Пессимистический сценарий заключается в том, что прогресс протекает слишком медленно и происходит нечто, подрывающее доверие к доллару. Между тем, евро и юань не успели вырасти, и развился мировой кризис ликвидности, который сдерживает глобализацию. Скорее стоит готовиться к первому сценарию, но не стоит забывать и о втором.
Наконец, стоит поговорить о криптовалютах. У денег есть три функции: средство платежа, единица учета и сохранение стоимости. Цифровые валюты являются перспективным способом снижения транзакционных издержек и могут быть более эффективным средством платежа. Но биткоин не является хорошим средством сохранения ценности.Он практически неспособен идти в ногу со своей волатильностью.
История показывает, что за надежным средством сохранения ценности должно стоять правительство.
У цифровых валют есть будущее – у цифровых валют, выпущенных центробанком. Но тогда возникает вопрос: вытеснят ли цифровые валюты центробанка частные цифровые валюты, такие как биткоин? Или центробанки попытаются выжать их из бизнеса, потому что они используются в основном для отмывания денег, уклонения от уплаты налогов, финансирования терроризма и сделок, связанных с наркотиками?
Со временем мы увидим, что центробанки и правительства занимают это пространство, предоставляя действительно эффективные способы оплаты услуг, которые нужны людям. Мы наблюдали это в истории с эволюцией от золотых монет до токенов, от бумажных денег до банковских депозитов и теперь до цифровых валют.
Comments
Post a Comment